Балаковский бунтарь с броненосца «Потемкин»

Память Ларисы Ивановны Марковкиной пропитана воспоминаниями деда по материнской линии – Ивана Яковлевича Козлова, судьба которого яркое подтверждение тому, что история мира – это история каждого из нас.
Мятежная кровь издревле бурлила в жилах Ивана Козлова. Его прадед, будучи царским наместником в Пензенской губернии, поставлял продукты к столу императрицы Екатерины Второй. Однажды, не получив и трети полагаемой суммы за свой товар, прадед, раздавленный горечью обиды, пошёл в кабак, где его напоили и уговорили вступить в вольницу атамана Емельяна Пугачёва. В результате бывший царский наместник закончил свою жизнь в страшных муках на дыбе, а его семью сослали в волжское село Балаково.
После призыва в армию, балаковский пастух Иван Козлов стал служить денщиком у морского офицера. Весёлого, бойкого Ивана прислуга полковника очень любила, особенно женщины. Это раздражало хозяина, он постоянно придирался к Ивану и бил его по лицу. Долго терпеть это молодой денщик не стал и в отместку за рукоприкладство набрал в ведро содержимое отхожего места и залил зловонную массу в оба сапога полковника.
Со скандалом Ивана отправили матросом на парусное судно, где он стал марсовым, лазил по марсам – деревянным площадкам на мачтах. На шее у него на бечёвке всегда висел складной нож. В то время на судах для повышения грамотности моряков нанимали учителей. Вспыльчивый характер Ивана привёл к конфликту с учителем словесности, и в самый разгар перепалки бечёвка на шее марсового оборвалась, и нож упал на пол. Учитель расценил это как попытку вооружённого нападения, и Козлова посадили в холодную камеру. После наказания неблагонадёжного моряка перевели с парусного судна на броненосец «Князь Потёмкин Таврический», где произошло одно из самых заметных событий революции 1905–1907 годов в России – первый вооружённый мятеж целой войсковой части.
С первых дней службы на броненосце Иван, с его обострённым чувством справедливости, не мог мириться с тем, что ему, как матросу, занятому на самой тяжёлой службе на высоте, кладут в щи большой кусок мяса, а остальным голые кости. Сначала он делился с товарищами и неоднократно просил повара не давать ему столько мяса, чтобы не видеть голодные глаза матросов. На что кок недовольно ворчал: «Тебя кормят, что ещё надо, помалкивай!» Однажды повар в ответ на очередную просьбу Ивана применил такое крепкое словцо, что тот не выдержал и плеснул коку горячим борщом прямо в лицо. За эту выходку к Козлову применили наказание «холодный столб». На трое суток поместили Ивана стоять в четырёхгранный деревянный сруб, где невозможно было пошевелить ни ногой, ни рукой. Дело было глубокой осенью, сверху капала вода и очень скоро наказуемый покрылся коркой льда. Первые два дня товарищи разговаривали с Иваном, проверяли, жив или нет. На третий день, когда он, обессиленный и замёрзший, перестал откликаться, матросы попросили у командования прекратить экзекуцию. Превратившегося в ледяной столб Ивана еле привели в чувство, отливая его в бане горячей водой.
В июне 1905 года на броненосце «Потёмкин» вспыхнуло вооружённое восстание. Борщ из тухлого мяса переполнил «чашу терпения» моряков. От недоедания в команде часто случались голодные обмороки. У заворовавшегося офицерства столы ломились от деликатесов, а для матросов покупались дешёвые некачественные продукты.
Возмущённый происходящим, Козлов, вспоминая свою службу на парусном судне, рассказывал товарищам о том, как сытно там кормили моряков и офицеры относились к команде совсем по-другому, часть офицерства обедала вместе с матросами. Обозлённая команда броненосца взбунтовалась, расстреляла часть офицеров и захватила корабль.
После подавления мятежа, Ивану Козлову, как одному из зачинщиков восстания, расстрел заменили 25 годами каторги.
Гремя кандалами, Иван с другими заключёнными был направлен на остров Сахалин. На одной из пересылок балаковский бунтарь встретил очень необычную женщину: отбыв срок, она возвращалась с каторги с Сахалина. Каторжанка подсказала Ивану и его товарищам план побега, порекомендовала нужных для этого людей и показала, где взять брёвна для плота и как связать его. До конца жизни Козлов утверждал, что это была знаменитая воровка «Сонька – золотая ручка». Вспоминая её, он с улыбкой говорил: «Черноволосая, рябая, но очень красивая!»
Понимая, что с каторги живыми они не вернутся, десять осуждённых решили бежать, в том числе и Иван. По дороге каторжане воровали одежду, чтобы не привлекать внимание полосатыми робами с тузом на спине. Шестеро решили осесть близ города Иркутска, надеясь найти работу в домах богатеев. Позже стало известно, что их поймали и расстреляли. Двое умерли от дизентерии. И лишь Иван с товарищем смогли добраться домой.
В Балаково брат, не узнав в грязном худом путнике Ивана, не открыл ему дверь, зато его узнали односельчане, недоумённо спрашивая: «Ты что не на каторге?» Мать, увидев сына, упала в обморок, и он нёс её домой на руках. Когда утром за каторжанином пришла охранка, мать спрятала его под периной. Несмотря на то, что Иван выдал себя, чихнув под периной от духоты, полицейские не арестовали его, предупредив, что ждут его в участке с повинной.
И вновь Иван был закован в кандалы и отправлен на прииски Ленского золотопромышленного товарищества, расположенного на притоке реки Лены. На пути к приискам разразился такой мощный ураган, что лошади конвоиров пали, и путники не могли идти дальше. Заметив у Козлова лидерские качества, конвоиры предложили Ивану возглавить каторжан и довести их до Ленских приисков, пообещав ему сокращение срока, если никто из заключённых не сбежит. Среди осуждённых нашлись те, кто хотел отважиться на побег, но Иван на собственном примере объяснил, что это бесполезно и привёл всех к месту заключения. Каково же было удивление охранников, когда каторжане сами без конвоиров пришли на прииски.
Как и было обещано, Козлову сократили срок, и в 1910 году он вернулся в родное село Балаково. Поселившись на улице Пушкинской, Иван женился, жена родила ему двенадцать детей, из которых выжило всего четверо, так как не было тогда в селе ни акушеров, ни врачей и процветала детская смертность.
Когда маленький, тогда уютный город Балаково был охвачен пламенем революции, власть переходила то к красным, то к белым. Неугомонный Иван Козлов стал партизанить, под командованием Григория Чапаева, ставшего впоследствии военным комиссаром города Балаково. Сравнивая братьев Чапаевых, Иван отмечал, что Василий был более взрывной, чем Григорий, и очень сокрушался, что здоровье не позволило ему вступить в знаменитую 25-ю Чапаевскую дивизию. Будучи знатоком лечебных трав, Козлов, вернувшийся к своему пастушьему делу, лечил не только скотину, но и людей. После подавления белогвардейского мятежа в марте 1918-го года в Балаково, Ивану привезли на телеге израненное пулями и штыками тело Григория Чапаева, но лечить его было уже поздно – военный комиссар был мёртв.
В 1925 году на экраны страны вышел фильм Сергея Эйзенштейна «Броненосец Потёмкин», до Балаково он дошёл лишь через несколько лет. Балаковцы после его просмотра буквально заполонили весь двор у дома Ивана Яковлевича. Всем хотелось узнать у участника событий, соответствует ли фильм тому, что происходило на броненосце. «Неужели из-за борща с тухлятиной кровь проливали?» – спрашивали старики. Пришлось Ивану Яковлевичу рассказать всю предысторию восстания и объяснить, что в фильме присутствует художественный вымысел.
Знатным пастухом был Козлов, все балаковцы старались определить к нему скотину. Ни одна овечка не пропадала у заботливого пастуха. Умер Иван Яковлевич в возрасте 85 лет в марте 1963 года. А через три месяца после его смерти дочь и внучка Ивана Яковлевича услышали по центральному радио надтреснувший, старческий голос его товарища из Москвы, с которым они бежали с каторги с Сахалина. Мужчина просил Ивана Козлова из Балаково откликнуться, хотел встретиться с ним, но не успел.
Евгения БРУСЛАВЦЕВА

Источник: GazetaBalakovo.ru

События по Теме

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Close